Строго говоря, это не молитва, а возглас: поэт объявляет о приходе бога.

«Phoebus adest» — обрядовая формула явления божества, тот самый крик, которым открывается священнодействие. Овидий вставляет её как знак препинания в поэму о том, как разлюбить женщину, и узнаёт бога «по его приметам»: зазвучали лиры, зазвучали колчаны. То есть сразу по двум орудиям — песни и стрелы, ровно по той двойной способности, к которой он взывал в семьдесят пятой строке.

Английский перевод карточки этой латыни не соответствует вовсе. В нём «приди, целительный Аполлон, благоволи моему начинанию» — просьба о приходе; в латыни бог уже здесь. Перевод оставлен без изменений, русский идёт за подлинником.