Молитва о войне с чужими

Рим накануне гражданской войны. Матроны молятся — и просят прямо противоположного тому, о чём молятся всегда.

«Non pacem petimus, superi» — не мира просим мы, вышние. Дальше идёт перечень бедствий, которые испрашиваются всерьёз: ярость народам, мятеж диких городов, всемирный заговор оружия, нашествие мидян из Ахеменидовых Суз. Парфяне, разбившие Красса при Каррах, зовутся на Италию как меньшее зло.

Логика при этом неопровержима. Любая война лучше той, что начинается, потому что во всякой другой римляне будут убивать не римлян. Молящиеся не сошли с ума — они точно оценили выбор, который им остался.

В этом весь Лукан. Его поэма построена на вывернутом благочестии: обряды совершаются наоборот, боги отсутствуют, и молитва оказывается единственной формой, в которой можно высказать отчаяние, не переставая говорить по-римски. Эта строфа — её образец.