Клятва Алкмены

Алкмена клянётся мужу в верности — в комедии, где зритель уже знает, что произошло на самом деле.

Это клятва, а не молитва: богиню зовут не помочь, а обеспечить слово. Юнона названа «matrem familias» — титулом римской замужней женщины, а не греческой богини. Плавт переводит миф на язык домашнего права: Алкмена клянётся не царицей неба, а старшей хозяйкой, перед которой отвечает жена.

«Quam me vereri et metuere est par maxume» — «которую мне более всего подобает чтить и страшиться». Довод здесь не богословский, а сословный: замужней женщине положено бояться именно этой богини, потому что та ведает браком.

А клятва при этом истинная. «Кроме тебя одного, ни один смертный» — ни один смертный и не касался: это был Юпитер. Алкмена говорит чистую правду, ошибаясь во всём, и приносит её именно той богине, которую муж этой богини только что обманул вместе с ней.

В карточке указаны строки 831-834; в издании Latin Library этот текст стоит под 830-833.